НазваниеХимическое оружие на рубеже двух столетий
страница2/14
Дата конвертации16.05.2013
Размер2.64 Mb.
ТипДокументы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14
с тем, каким оно будет в буду­щем».

Идеи химической войны заняли прочные позиции в военных доктринах всех без исключения ведущих государств мира. Со­вершенствованием химического оружия и наращиванием произ­водственных мощностей по его изготовлению занялись Англия и Франция. Побежденная в войне Германия, которой по Версаль­скому договору было запрещено иметь химическое оружие, и не оправившаяся от гражданской войны Россия договариваются о строительстве совместного ипритного завода и проведении ис­пытаний образцов химического оружия на полигонах России. США встретили окончание мировой войны, имея самый мощный военно-химический потенциал, превосходя по производству от­равляющих веществ Англию и Францию, вместе взятых. Востор­жествовала военная доктрина, о которой генерал Фрайс писал: «Та страна, которая будет в состоянии производить и применять
13
газы в наибольшем количестве, окажется в боевом отношении сильнее любого народа на Земном шаре». Сторонники этой докт­рины добились в то время отказа конгресса США от ратифика­ции Женевского протокола, поставившего под запрет примене­ние в войне ядовитых и удушающих газов. США ратифицирова­ли Женевский протокол только в 1975 году, после полувеково­го раздумья.

В приведенных оценках химического оружия содержится больше эмоций, чем взвешенного анализа. Более поздние иссле­дования, проведенные на основе анализа архивных материалов времен войны, привели к иным выводам. М.Мезелсон, профес­сор биохимии и молекулярной биологии Гарвардского универси­тета (США) в The Bulletin of the atomic scientists в 1991 году пи­сал: «Они (газы—авт.) вызывают страдания и усугубляют изнуря­ющее воздействие окопной войны. Сведения о британских поте­рях и о производстве немецких химических боеприпасов за 1918 год свидетельствуют, что химические и обычные артилле­рийские боеприпасы по эффекту нанесения потерь были при­мерно равноэффектными».

Согласно официальной Британской истории 1-ой мировой войны «С помощью отравляющих веществ достигался лишь огра­ниченный эффект; их применение делает войны изнуряющими.»

СТАНОВЛЕНИЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ ЦЕНТРОВ

Но мере того, как расширялись масштабы применения отрав­ляющих веществ, возрастала потребность не только в увеличе­нии объема производства, но и в повышении их боевой эффек­тивности. Поэтому, помимо строительства новых заводов по из­готовлению отравляющих веществ и химических боеприпасов, воюющие государства еще в годы войны приступили к созданию научной базы, необходимой для разработки химического оружия и средств защиты от него.

В Германии научные исследования и разработки химического оружия были сконцентрированы в недрах концерна «И.Г. Фарбен». Преуспела в создании научной базы для исследований и разработок в области отравляющих веществ и Франция, ученые и инженеры которой создали производства синильной кислоты и хлорциана — быстродействующих отравляющих веществ обще­ядовитого действия. Боеприпасы, снаряженные синильной кис­лотой, Франция начала применять уже в 1916 году. Среди союз­ников по Антанте Франция первой наладила производство ипри­та, начав его применение спустя 11 месяцев после ипритных атак, проведенных германской армией. Великобритания в 1916

14

году основала военно-химический исследовательский центр в Портон-Дауне (Солсбери, графство Уилтшир), который ныне превращен в один из ведущих в мире центров по исследованиям проблем химической и биологической войны и разработки средств защиты. Англичане имеют полигон, на котором можно проводить в ограниченных масштабах испытания отравляющих веществ и различных средств защиты от химического и биологи­ческого оружия.

В 1941 году на территории Канады была создана Саффилдская экспериментальная станция (полигон) в окрестностях г.Саффилд (240 км южнее г.Калгари), занимающая 2600 км2 прерий. Эта станция, ныне переименованная в Организацию оборонных исследований, содержащая в своем штате примерно 300 специа­листов, до сих пор функционирует и, в соответствии с трехсто­ронним соглашением между США, Великобританией и Канадой, используется в рамках их сотрудничества в области химического оружия и защиты от него.

В 1929 году был образован военно-химический центр Ита­лии, в развертывании работ которого оказывал помощь немец­кий концерн «И.Г.Фарбен». В результате деятельности этого цен­тра Италия стала обладательницей химического оружия. В 1935 году во время вооруженного конфликта с Эфиопией она приме­няла артиллерийские снаряды и авиационные бомбы, снаряжен­ные ипритом и фосгеном, а также иприт с помощью выливных авиационных приборов.

Начиная с 1923 года, также при помощи Германии, работы в области отравляющих веществ проводились в Японии. К началу 30-х годов Япония начала производство химического оружия, а в период войны с Китаем в 1937—1943 годах отравляющие ве­щества были применены ею.

Исследования в области отравляющих веществ и средств за­щиты от них проводились ранее и проводятся в настоящее время и в других странах. Однако лидирующее положение в этой обла­сти занимали США и Советский Союз.

Американцы долго присматривались к событиям химической войны на Европейском континенте, тщательно изучали и обобща­ли опыт проведения химических атак как кайзеровской Герма­нией, так и странами Антанты. США сделали для себя главный вывод: военное могущество государства находится в прямой за­висимости от масштабов производства химического оружия и на­личия на вооружении более эффективных отравляющих ве­ществ.

В мало кому дотоле известном местечке Эджвуд, располо­женном на берегу Чесапиккского залива, в конце 1917 года было начато строительство государственных заводов по производ-

15

ству фосгена и хлорпикрина, положивших начало созданию Эджвудского арсенала армии США.

Предшественником Эджвудского арсенала был снаряжательный завод в Генпаудер-Неке (штат Мэриленд), на котором про­изводилось наполнение химических мин, снарядов и гранат от­равляющими веществами, поступающими из коммерческого сек­тора химической промышленности. В конце 1917 года прави­тельство США приобрело территорию вблизи города Абердин (штат Мэриленд) под артиллейрийский полигон. На южной части территории этого полигона площадью 1400 гектаров и был раз­мещен Эджвудский арсенал. К тому времени объем поставок фосгена и других газов коммерческими фирмами перестал удов­летворять растущие потребности американского экспедиционно­го корпуса генерала Джона Першинга, вступившего в боевые действия против Германии с территории Франции.

Строительство арсенала велось быстрыми темпами. Уже в июне 1918 года хлорпикринный завод в Эджвуде развил произ­водство на полную мощность. А еще ранее был пущен фосген­ный завод. Число военно-химических заводов в арсенале непре­рывно росло. Решения о строительстве новых заводов принима­лись, не обращая внимания на то, что начатые ранее стройки бы­ли далеки от завершения. Фосгенный и хлорпикринный заводы потребовали поставок хлора в таких количествах, которые не в состоянии были удовлетворить коммерческие фирмы. Поэтому в Эджвуде к августу 1918 года было создано собственное хлор­ное производство мощностью 100 тонн сжиженного хлора в сутки. В июне 1918 года дал первую продукцию ипритный за­вод.

Весной 1918 года в состав Эджвудского арсенала дополни­тельно были введены заводы по производству отравляющих ве­ществ, ранее построенные в других штатах. Кроме того, по зака­зу самого арсенала, были построены военно-химические заводы за пределами штата Мэриленд в местах, близких к источникам сырья.

На 1 октября 1918 года в Эджвудском арсенале трудились 233 офицера, 6948 нижних военных чинов и 3066 рабочих.

Производство отравляющих веществ и снаряжение ими бое­припасов было небезопасным, сопровождалось систематически­ми отравлениями и поражениями персонала. Всего за 5 месяцев 1918 года (с июля по ноябрь) было зарегистрировано более 900 случаев поражений. Тяжелый и опасный характер работы на за­водах арсенала вынудил химическую службу армии привлечь к работам на заводах 7400 солдат. Для оказания помощи пора­женным на территории арсенала были развернуты три полевых и один стационарный военный госпиталь центрального подчинения.
16
Для обеспечения инженерно-технического руководства работой заводов арсенала, а также для проведения исследований и испытаний потенциальных отравляющих веществ и средств защиты от них, в составе Эджвудского арсенала были сформированы научно-исследовательские лаборатории. Арсенал уже в те годы стал самым большим в мире научно-исследовательским учреждением, работающим исключительно в интересах подготовки к химической войне. В штате этих лабораторий к моменту окон­чания мировой войны состояло 1200 лиц технического персона­ла и 700 ассистентов.

В январе 1919 года американский журнал Джорнэл оф Ин-дастриэл Кэмистри писал:

«Перед нами — гигантское предприятие, построенное в крат­чайший срок, руководимое знающими людьми, способное к гро­мадной производительности ядовитых веществ, достигшее пол­ного расцвета производства смертельно опасных веществ в тот момент, когда каждый час ожидается весть о подписании мира. Как жаль, что мы не располагали этим грозным оружием войны с того самого дня, когда американские войска впервые отправи­лись во Францию». В мае 1920 года преподаватель военной ака­демии США в Уэст-Пойнте Эдуард С.Фарроу писал, что созда­ние Эджвудского арсенала «представляет примечательный факт в истории прикладной химии, ибо до этого времени еще ни разу ни в одну войну ни в одном государстве химия не составляла особого отдела военной организации». На базе бывшего Эджвуд­ского арсенала созданы и ныне функционируют Центр химиче­ских исследований, разработок и технологии, а также Медицин­ский научно-исследовательский институт химической защиты ар­мии США. Первый из них занят исследованиями и разработками новых видов химического оружия и средств противохимической защиты, а второй — исследованиями по токсикологии высоко­токсичных веществ и разработкой антидотов и других видов ме­дицинской защиты от отравляющих веществ.

С началом 2-ой мировой войны в США произошло резкое расширение фронта работ в области химического, токсинного, бактериологического и зажигательного оружия. Ранее имевших­ся испытательных площадок оказалось явно недостаточно. В 1942 году создается Дагуэйский испытательный полигон в пус­тынной и полупустынной местности штата Юта. Полигон развер­нулся на площади 3400 км2. На полигоне были построены жи­лой городок, комплекс испытательных площадок и лабораторий, собственный аэродром. Была создана Бейкеровская биологиче­ская лаборатория для проведения особо опасных экспериментов с биологическим оружием. Дагуэйский полигон способен обес­печить проведение испытаний в натурном варианте любых отрав-

17

ляющих веществ и всевозможных средств их боевого примене­ния, а также газосигнализаторов, противогазов и объектов кол­лективной защиты, дегазирующих рецептур и технических средств дегазации.

К работам в области химического оружия до последнего вре­мени привлекались и привлекаются другие исследовательские лаборатории, центры и полигоны военного ведомства и коммер­ческого сектора промышленности. Лаборатория баллистических исследований, расположенная на территории Абердинского пол­игона по соседству с бывшим Эджвудским арсеналом, разраба­тывала методы телеметрических измерений при испытаниях хи­мических бинарных боеприпасов. Лаборатория биоинженерных исследований и разработок армии (Форт-Детрик, штат Мэри­ленд) участвовала в разработке рекомендаций по очистке и обез­зараживанию токсичных отходов производств химического ору­жия, а также по оснащению их приборами контроля загазован­ности воздуха отравляющими веществами. Крупнейший военно-медицинский центр армии США — институт Уолтера Рида (Ва­шингтон, округ Колумбия) проводит углубленные исследования по воздействию отравляющих веществ на различные органы и ткани. Результаты этих исследований предназначены для исполь­зования при поиске перспективных отравляющих веществ и при создании антидотов против них, ибо организация производства нового отравляющего вещества при отсутствии антидотов про­блематична по соображениям техники безопасности. Тропиче­ский испытательный центр (Форт-Клейтон, зона Панамского ка­нала) проводит испытания по влиянию тропических климатиче­ских условий на функционирование всех видов вооружений. В Форт-Грилли (штат Аляска) действует центр по испытаниям хи­мического оружия в полярных условиях, в котором проходили испытания эффективности применения фосгена в условиях холо­да. Центр вооружений ВМС (Четна-Пейк, штат Калифорния) вы­полнил значительный объем работ при разработке бинарной хи­мической бомбы «Бигай». В этом центре разрабатывались и изго­товлялись модели бомбы, устройство для подвески ее к самоле­там. На завершающей стадии работы Центр проводил исследова­ния боевой эффективности бинарной бомбы, оценивал соответ­ствие полученных характеристик бомбы предъявляемым требо­ваниям, исследовал влияние метеоусловий на боевые характери­стики бомбы. Здесь же прошли основные эксплуатационные ис­пытания этой бомбы. Центр разработки и испытаний ВВС США (Эглин, штат Флорида) имеет полигон площадью 1900 км2. На этом полигоне проходили технические и эксплуатационные ис­пытания химических авиабомб и выливных авиационных прибо-
18

ров. К разработке химического оружия привлекались многие университеты, лаборатории коммерческих фирм.

Подготовкой кадров химического корпуса армии США заня­та Химическая школа в Форт-Макклеллан (штат Алабама). Орга­низационно Химическая школа подчиняется командованию бое­вой подготовки и доктрин министерства армии США и готовит специалистов-химиков для вооруженных сил. Программа обуче­ния слушателей включает три основных направления:

  • обеспечение выполнения боевой задачи подразделениями
    в условиях массированного применения химического оружия за
    счет правильного использования средств защиты, способов дегазации личного состава и боевой техники;

  • установление факта применения химического оружия, индикация и идентификация отравляющих веществ, а также прогнозирование последствий применения противником химического оружия;

  • применение маскирующих средств, в частности, маскирующих дымов.

Другой важной задачей, стоящей перед Химической школой, является выработка военной политики в области развития хими­ческого оружия в США. Химическая школа осуществляет выра­ботку требований к будущим средствам химического обеспече­ния и устанавливает приоритеты НИОКР по устранению недо­статков, выявленных в ходе анализа общей концепции ведения боевых действий армией США. Большую помощь в получении исходных данных для анализа современного состояния разрабо­ток в области НИОКР и прогноза развития средств химического обеспечения оказывают организуемые на базе Химической шко­лы симпозиумы и конференции, в которых принимают участие ведущие специалисты армии и промышленности США. В качест­ве примера можно привести симпозиум, состоявшийся в апреле 1982 г. по вопросам ведения боевых действий с применением химического оружия, в котором участвовало свыше 400 пред­ставителей военных, научных и промышленных кругов, в том числе представители 150 фирм США. Для участников симпозиу­ма на полигоне школы площадью 47 тыс. акров была проведена демонстрация американских дегазационных и дымовых средств в действии. При Химической школе планировалось построить учебный дегазационный комплекс, проект которого был утверж­ден в 1983 финансовом году. Необходимо отметить, что за по­следние годы возросли ассигнования, выделяемые Химической школе на военное строительство. На территории Химической школы открыт музей химического корпуса США.

В разгар гражданской войны в конце 1918 года в России бы­ли созданы Всероссийские советские курсы военной газотехни-
19
ки, на которых готовились специалисты военно-химической службы для замещения должностей заведующих противогазовой обороны. В январе 1920 года эти курсы были преобразованы в Высшую военно-химическую школу Красной Армии со сроком обучения 2 года. Школа представляла собой солидное для того времени учебное заведение. Она получила в наследство перво­классное лабораторное оборудование бывших лабораторий по противогазовому делу Всероссийского земского союза, сущест­вовавших при царском режиме. Для преподавания в школе при­влекались видные ученые и педагоги России, среди них были профессора В.К.Аркадьев, Н.Д.Зелинский (будущий академик), Н.С.Курнаков, П.А.Ребиндер (будущий академик), Н.А.Шилов (в последствии член-корреспондент Академии Наук СССР) и др.

В 1924 году в связи с переходом к мирному времени на базе Высшей военно-химической школы были образованы Химиче­ские курсы усовершенствования командного состава Красной Армии. В распоряжение Химических курсов помимо лабораторной и учебной базы Высшей военно-химической школы были пе­реданы учебные поля площадью примерно 100 га в Кузьминках под Москвой (ныне эта территория вошла в состав города Моск­вы).

Для подготовки инженерных кадров высшей квалификации в области военно-химической службы в 1925 году на химическом факультете Военно-технической академии Красной Армии было создано специальное отделение со сроком обучения 4 года. На химическом факультете готовились инженеры-химики широкого профиля, включая специалистов в области химического оружия, средств дегазации и противохимической защиты.

Техническое перевооружение Красной Армии, начавшееся в конце 20-х годов, потребовало большого числа высококвалифи­цированных военных химиков. В мае 1932 года была создана Военно-химическая академия (ныне Военная академия химиче­ской защиты). На формирование академии были обращены хими­ческий факультет Военно-технической академии и Второй Мос­ковский химико-технологический институт, в свою очередь орга­низованный в 1930 году на базе химического факультета Мос­ковского высшего технического училища, одного из старейших и авторитетнейших высших учебных заведений России. В составе коллектива преподавателей академии оказались наиболее ода­ренные и хорошо подготовленные военные специалисты-химики и видные ученые химико-технологического института. Среди них были профессор А.Е. Чичибабин, будущие академики И.Л. Кнунянц и М.М. Дубинин. Военно-химическая академия заняла ряд лабораторных и административных корпусов, ранее принадле­жавших Московскому высшему техническому училищу. Один из

20

этих корпусов был построен еще при царе Петре I как здание правительствующего сената и ныне охраняется как памятник ар­хитектуры.

За более чем 60-летнюю историю Военная академия химиче­ской защиты подготовила тысячи высококвалифицированных специалистов для службы в штабах всех уровней и в войсках, для работы в научно-исследовательских учреждениях министер­ства обороны и химической промышленности. Выпускники ака­демии составили костяк специалистов научно-исследовательских и испытательных учреждений, занятых испытаниями ядерного оружия и исследованием его поражающих свойств. В академии созданы многие образцы материалов для защиты людей в экс­тремальных ситуациях. Ученые академии внесли большой вклад как в создание образцов химического оружия, так и различных средств защиты от него.

В 1928 году, в соответствии с мероприятиями по проводи­мой в те годы военной реформе, был создан Институт химиче­ской обороны (ИХО). Для ИХО был построен сравнительно не­большой трехэтажный лабораторный корпус и несколько вспо­могательных строений. Подчеркивая важную роль, которая воз­лагалась на ИХО, первым начальником института по совмести­тельству был назначен начальник военно-химического управле­ния Красной Армии Яков Фишман.

ИХО совместно с исследовательскими институтами и лабора­ториями промышленности за немногие предвоенные годы обес­печил создание для войск надежных противогазов, комплектов индикаторных трубок для обнаружения в воздухе всех отравля­ющих веществ, известных к тому времени. Для дегазации обмун­дирования и средств противохимической защиты в подразделе­ния химических войск еще до начала войны поступила автодега­зационная станция, использующая для дегазации горячий воздух. Были сконструированы и испытаны машины и приборы для дега­зации местности. На вооружение армии были приняты дымовые шашки как для получения маскирующего дыма, так и дымов адамсита и хлорацетофенона. Перед войной и в годы войны инс­титут разработал ряд рецептур отравляющих веществ, включая загущенные рецептуры. При участии ИХО создавались и испы­тывались химические боеприпасы. Для полевых испытаний огнеметно-зажигательных средств, машин и приборов для дегазации, для эксплуатационных испытаний средств индивидуальной защи­ты и других работ использовались бывшие учебные поля в Кузь­минках, где был размещен полевой испытательный отдел, непос­редственно подчинявшийся военно-химическому управлению. Обеспечение полевых работ ИХО и охрана его объектов возла-

21

галась на специальный химический батальон, также размещав­шийся в районе Кузьминок.

В конце 40-х годов большая группа офицеров-химиков инс­титута вместе с его начальником была откомандирована для фор­мирования нового института министерства обороны, на который возлагалась задача изучения поражающих факторов ядерного оружия и способов защиты от него.

Поступившие в институт в качестве трофеев образцы зарина и зомана прошли всестороннюю оценку, были детально изучены их токсикологические свойства. Совместно с институтами Ака­демии Наук СССР и промышленности была разработана техно­логия их изготовления, а также были созданы артиллерийские и авиационные боеприпасы для их применения. В попытках найти более токсичные аналоги зарина и зомана были синтезированы сотни химических соединений, некоторые из которых вполне могли составить конкуренцию исходным веществам. Достижени­ем института является создание средств индикации фосфорорганических соединений нервно-паралитического действия на осно­ве фермента холинэстеразы.

В 1957 году в институт поступила информация об обнаруже­нии высокого уровня токсичности у фосфорилтиохолинов. Ника­ких сведений о конкретных веществах этой группы соединений, которые бы отличались высоким уровнем токсичности, в инсти­тут не поступало. Отдел синтеза отравляющих веществ совмест­но со специалистами Государственного союзного научно-иссле­довательского института органической химии и технологии, од­ной из кафедр Военной академии химической защиты и при кон­сультациях ученых из институтов Академии Наук СССР в тече­ние лета 1957 года осуществили синтез большого числа фосфо­рилтиохолинов, в том числе и вещества VX. Институт в короткие сроки обосновал способы эффективного применения вещества VX, рекомендовал к разработке различные типы боеприпасов и дал прогноз их боевой эффективности. В полной мере были исс­ледованы различные методы защиты от вещества VX (кроме ме­дицинских), а наиболее эффективные из них были рекомендова­ны для внедрения в войсках.

После окончания войны, в рамках осуществлявшейся в те го­ды реорганизации войск, в состав института вошли на правах от­делов бывшее конструкторское бюро военно-химического уп­равления и полевой отдел в Кузьминках, ставший миниполиго-ном института. Институт сменил название, он стал Центральным научно-исследовательским военно-техническим институтом (ЦНИВТИ).

На полигоне в Кузьминках проводились работы по дегазации макетов объектов военной техники, заражавшихся реальными

22
отравляющими веществами. Здесь же отрабатывались методы дезактивации различных материалов, зараженных модельными короткоживущими радиоизотопами. На специально оборудован­ной площадке проводились испытания огнеметов и огнесмесей. Большой объем работ приходился на испытания по показателям коррозионной стойкости и износоустойчивости различных дета­лей и агрегатов специальных машин химических войск.

К концу 50-х годов лабораторная и испытательная база ЦНИВТИ стала не удовлетворять потребностям существенно расширившегося фронта работ. Возросла опасность эксперимен­тов, проводимых в институте, как для персонала, так и для насе­ления расположенных рядом с ним жилых кварталов. Во избе­жание выброса в атмосферу высокотоксичных отравляющих ве­ществ, равно как и веществ с дурным запахом, с которыми при­ходилось работать, вытяжные системы наиболее «грязных» лабо­раторий стали снабжаться угольными фильтрами больших разме­ров, которые конструировались и изготовлялись силами рабочих и специалистов института.

Назревала необходимость перевода ЦНИВТИ из Москвы, который ускорился в обстановке реформ Хрущева. Было решено передислоцировать институт в поселок Шиханы Вольского райо­на Саратовской области, слить его с функционировавшим там Центральным военно-химическим полигоном (ЦВХП).

Значительная доля научных сотрудников и специалистов ЦНИВТИ из числа офицеров предпочла увольнение в запас и от­ставку и в Шиханы не переехала. Научные сотрудники и лабо­ранты из числа гражданских лиц в полном составе остались в Москве и были устроены на работу в родственные по научному профилю научные учреждения.

Авиапассажиры, совершающие полет из Средней Азии в Москву, после пересечения Волги в районе водохранилища Ба-лаковской ГЭС, по левому борту у самого горизонта могут на­блюдать очертания небольшого города и группу высоких посто­янно дымящих труб. Это дымят цементные заводы города Воль­ска. Несколько правее опытный глаз может отыскать в дымке погожего дня светлое пятнышко поселка явно не сельского типа. Так выглядит военный городок Шиханы с высоты полета авиа­лайнера.

Шиханы имеют давнюю историю. Основал их герой войны России с Наполеоном граф Василий Васильевич Орлов-Денисов, сын донского казака. Последний владелец Шихан правнук их ос­нователя Василий Петрович Орлов-Денисов был лишен своего имения в 1917 году с приходом к власти правительства В.И.Ле-нина. После окончания гражданской войны графский дом был
23
занят под санаторий для больных туберкулезом, а на графских землях была создана первая в Вольском уезде коммуна.

Согласно Версальскому мирному договору Германия не имела права разрабатывать и производить наступательные виды вооружений — самолеты, танки и химическое оружие. Побеж­денная Германия и оказавшаяся в изоляции большевистская Рос­сия во время Генуэзской конференции 15 апреля 1922 года подписали Рапалльский (в Рапалло, Италия) договор о сотрудни­честве, в том числе и в военной области. В рамках этого догово­ра были созданы совместные с Германией авиационная школа в Липецке и танковая школа в Казани. В 1926 году был также ор­ганизован совместно с Германией военно-химический испыта­тельный объект «Томка». Создание этих школ и фактически во­енно-химического полигона проходило в условиях конспирации. Советско-германский договор о совместной деятельности в рам­ках проекта «Томка» был подписан от имени подставных, веро­ятно фиктивных акционерных обществ. От России договор за­ключало Акционерное общество «по борьбе с вредителями и применению искусственных удобрений», а от Германии — Акци­онерное общество «по использованию сырья». В тексте договора гаубицы назывались метательными приборами, снаряды — мяча­ми и т.п. Немецкий персонал не имел права заводить знакомства с населением, советским военным персоналом и иностранными подданными. Без согласия со стороны советского администра­тивного руководителя проекта «Томка»немцы не могли покидать район Шихан, им запрещалось выезжать в город Вольск, распо­ложенный всего в 25 км от места их расквартирования в Шиха­нах.

Начиная с 1928 года, в Шиханах по проекту «Томка» прово­дились интенсивные испытания различных способов применения отравляющих веществ, средств противохимической защиты и ме­тодов дегазации местности. Испытания проводились только в летние периоды года и занимали, как правило, 4 недели, не счи­тая длительного периода подготовки испытательных работ. В ходе совместных с немцами работ по проекту «Томка» бы-

испытаны:

  • носимые приборы для заражения местности ипритом;

  • загущенные рецептуры иприта;

  • цистерна для заражения местности жидким отравляющим
    веществом, которую называли также боевой химической маши­
    ной (БХМ);

  • выливной авиационный прибор;

  • образцы дистанционных химических бомб;

  • установка для снаряжения боеприпасов ипритом;

  • химические фугасы, разрывающиеся в воздухе;


24

  • приборы для дегазации;

  • жидкое дегазирующее вещество;

  • противогазы и защитные комплекты;

  • прибор для электролитического определения (индикации)
    иприта;

— средства профилактики и лечения ипритных поражений.
Заключенный осенью 1923 года с командованием рейхсвера

договор о строительстве на территории России совместного с Германией ипритного завода был в 1926 — 1927 годах расторг­нут из-за того, что немецкая фирма-поставщик не обеспечила строительство завода технологическим оборудованием.

Совместные предприятия не оставались без внимания со сто­роны военных чинов Красной Армии и рейхсвера. Начальник уп­равления сухопутных войск рейхсвера генерал Гаммерштейн-Эк-вор К. фон посещал Шиханы в сопровождении начальника воен­но-химического управления Красной Армии Я.М.Фишмана, а в сентябре 1929 года он был принят наркомом обороны СССР Климентом Ворошиловым. Ворошилов в беседе с Гаммерштей-ном в частности говорил: «Вопрос о темпе вооружения и испыта­ний, в особенности химических средств, имеет первостепенную важность».

В 1932 году состоялось решение о создании Центрального военно-химического полигона (ЦВХП) Красной Армии. Совет­ское военное руководство выразило намерение в дальнейшем проводить испытания химического оружия и средств защиты от него своими силами. В свою очередь, пришедший в начале 1933 года к власти в Германии Адольф Гитлер порвал с Версальским договором и перенес химические испытания на свою террито­рию.

Ликвидация объекта «Томка» началась 26 июля 1933 года и полностью завершилась 15 августа того же года. Немцы в распо­ряжении военных химиков Красной Армии оставили:

  • все строения;

  • ангар для самолетов;

  • механическую мастерскую со станками и набором инструмента;

  • электростанцию;

  • химические лаборатории;

  • пункт дегазации и др.

За 5000 рублей немцы продали Красной Армии БХМ круп-повского образца.

В Шиханах до сих пор сохраняется одноэтажное здание хи­мической лаборатории, построенное немцами во времена работ по проекту «Томка».

25

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

Похожие:

Химическое оружие на рубеже двух столетий iconПриоритеты земной физики в 21–столетии
На рубеже столетий логично задаться вопросом, что ждет земную физику в 21–столетии, каковы будут при- оритеты и магистральные направления...

Химическое оружие на рубеже двух столетий iconБаглий П. Н. О возможных «граблях» российской истории будущих двух столетий
«Разве жажда власти не извращение…Если быть последовательным, надо ответить на этот вопрос утвердительно»

Химическое оружие на рубеже двух столетий iconОман часть I
Оружие и пистолеты в виде игрушек, а также любые другие материалы, которые могут быть легко переделаны под представляющее опасность...

Химическое оружие на рубеже двух столетий icon7. 1 Понятие о зажигательном оружии Зажигательное оружие
Зажигательное оружие – это зажигательные боеприпасы и вещества, а также средства их доставки к цели

Химическое оружие на рубеже двух столетий iconАтомное и термоядерное оружие
Атомное оружие. Что это?

Химическое оружие на рубеже двух столетий iconТ. В. Матюхина Деволюция в Великобритании на рубеже ХХ-ХХI вв
Указанные полномочия могут быть двух видов: 1 право издавать законы по некоторым вопросам; и 2 право проводить в жизнь законы и политику,...

Химическое оружие на рубеже двух столетий iconДиссолвин gl-38 Химическое название
Химическое название Глутаминовая кислота, N, n-двухуксусная кислота, тетранатриевая соль

Химическое оружие на рубеже двух столетий iconУрок истории по теме «Монголо татарское нашествие на Русь»
«Монголо-татары пронеслись над Россией подобно туче саранчи, подобно урагану, сокрушающему все, что встречалось на его пути. Они...

Химическое оружие на рубеже двух столетий iconАварийно химически опасных веществ и химически опасных объектов экономики
Опасное химическое вещество (охв) химическое вещество, прямое или опосредованное действие которого на человека может вызвать острые...

Химическое оружие на рубеже двух столетий iconКакой рубеж прошла Россия?
Вряд ли речь идет о рубеже перехода от социализма к капитализму или какому-либо другому "изму". Столь же маловероятно, что речь может...