пїњ

Ќаучно-правовые проблемы противодействи€ коррупции

(’абриева “. я.)

("∆урнал российского права", 2012, N 7)

“екст документа

Ќј”„Ќќ-ѕ–ј¬ќ¬џ≈ ѕ–ќЅЋ≈ћџ ѕ–ќ“»¬ќƒ≈…—“¬»я  ќ––”ѕ÷»»

“. я. ’јЅ–»≈¬ј

’абриева “али€ ярулловна, директор »«и—ѕ, академик –јЌ, доктор юридических наук, профессор.

¬ основу статьи положен доклад, представленный автором на первом ≈вразийском антикоррупционном форуме и VII ћеждународной школе молодых ученых-юристов. –ассмотрены проблемы, с которыми сталкиваетс€ современна€ юридическа€ наука в процессе исследовани€ такого социально-правового €влени€, как коррупци€, обосновываетс€ необходимость формировани€ системы ћеждународного научного мониторинга про€влений коррупции.

 лючевые слова: коррупци€, право, социологи€, юридическа€ наука, правова€ доктрина, ответственность, оценка регулирующего воздействи€, правовое регулирование, региональные исследовани€.

Scientific and legal anti-corruption issues

T. Ya. Khabrieva

This article is based on a report submitted by the author of The First Eurasian anti-corruption forum and the Seventh International School of young scientists and lawyers. In this paper the problems faced by modern legal science in the study of the socio-legal phenomenon as corruption. In addition, the author justifies the necessity of forming of a system of International scientific monitoring of corruption.

Key words: corruption, law, sociology, jurisprudence, legal theory, responsibility, regulatory impact assessment, regulation, regional studies.

Ќаучна€ традици€ изучени€ проблем коррупции насчитывает не одно столетие. ќ коррупции писали древнекитайский историк —ыма ÷€нь и древнеримский историк “ацит, средневековый арабский философ »бн ’алдун и европейские мыслители Ќового времени Ќикколо ћакиавелли и ћишель ћонтень, правоведы XVIII столети€ »ереми€ Ѕентам и ”иль€м Ѕлэкстон. Ёта традици€ никогда не прерывалась, поскольку коррупци€ всегда сопровождала развитие государственных и общественных структур, о чем свидетельствует вс€ истори€ законодательства: от «аконов вавилонского цар€ ’аммурапи и древнеиндийских «аконов ћану до законодательных актов последних лет.

—ледует признать, что при большом количестве работ по проблемам коррупции данна€ тема с точки зрени€ ее научно-правового освоени€ продолжает оставатьс€ актуальной.

 оррупци€ посто€нно эволюционирует. Ќа современном этапе она характеризуетс€ такой основной чертой, как универсальность.  оррупци€ существует во всех государствах вне зависимости от уровн€ социально-экономического и политического развити€, проникает во все сферы государственной и общественной жизни, приобретает транснациональные формы.

¬ юридической литературе тема коррупции изучаетс€, как и прежде, в основном в рамках доктрины уголовного права. ¬ отечественной дореволюционной (ј. ¬. Ћохвицкий, Ќ. —. “аганцев, ». я. ‘ойницкий) и советской науке (ј. ». ƒолгова, Ќ. ƒ. ƒурманов, Ќ. ‘.  узнецова) она рассматривалась преимущественно в контексте с уголовно-правовой категорией "вз€точничество".

¬ советской теории права проблема коррупции исследовалась слабо, так как считалась €влением, чуждым социализму и присущим главным образом буржуазному обществу.   этой теме редко обращались и в капиталистических государствах, что объ€сн€лось стремлением скрыть "теневые" стороны государственного и общественного устройства.

¬ отечественных и зарубежных исследовани€х коррупци€ понималась в основном как противоправное, в большей мере криминальное, €вление, принос€щее ущерб правовым ценност€м, а потому требующее своего устранени€, как правило, карательными методами.

¬ последние годы к теме коррупции про€вл€ет все большее внимание криминологи€. ѕредставители этой научной дисциплины вы€вл€ют криминологически значимые элементы, которые ранее не исследовались (определение коррупционных рисков; разрешение конфликта интересов на государственной службе; оптимизаци€ практики привлечени€ к уголовной ответственности лиц, виновных в совершении коррупционных преступлений и т. д.).

–азвиваютс€, хот€ и недостаточно, социолого-правовые исследовани€. ¬ целом изыскани€ юристов, равно как и представителей других отраслей знани€, не учитывают в полной мере сложный, многообразный и посто€нно мен€ющийс€ (можно сказать - переменчивый) характер этого €влени€.

Ќеобходимо преодолеть традиционные исследовательские подходы, что позволит обосновать новые приоритеты, достичь концентрации весьма ограниченных ресурсов на наиболее перспективных направлени€х, избежать мер, привод€щих к обратному результату в силу подверженности коррупции самих субъектов борьбы с ней.  роме того, така€ постановка вопроса €вилась бы шагом к избавлению от иллюзий и инфл€ционных ожиданий от карательных подходов в отношении коррупции, что послужило бы стимулом к поиску альтернативных - экономических, социальных, административных и других - мер.

ƒостигнутый уровень научного освоени€ этой сферы находит отражение в подходах к пон€тию коррупции. —ледует отметить, что, несмотр€ на всплеск интереса представителей различных научных дисциплин к теме коррупции в последнее дес€тилетие, именно пон€тийно-категориальный аппарат продолжает оставатьс€ предметом острых дискуссий.

¬ современной научной литературе представлены два основных подхода к определению пон€ти€ коррупции. ¬ узком (собственно юридическом) смысле коррупци€ рассматриваетс€ как совокупность составов правонарушений, предусмотренных в законодательстве –оссийской ‘едерации и отличающихс€ таким важным квалифицирующим признаком, как использование должностным лицом своего публичного статуса в корыстных цел€х дл€ личного обогащени€ или в групповых интересах.

¬ широком смысле это пон€тие охватывает негативное социальное €вление, поразившее публичный аппарат управлени€.

¬ последние дес€тилети€ в международно-правовых документах возобладал еще более широкий подход, который можно рассматривать как универсальный, поскольку он включает не только публичную, но и частную сферу.

Ќа национальном уровне подходы к определению коррупции, как и степень вли€ни€ научных доктрин на их формирование, различаютс€.

¬ большей части государств под вли€нием господствующих правовых доктрин возобладал узкий подход к легальному определению коррупции. ќно раскрываетс€ через составы отдельных правонарушений. Ќапример, во ‘ранции пон€тие коррупции охватывает совокупность примерно 20 составов уголовных преступлений.

¬ ¬еликобритании законодательство (в частности, «акон 1916 г. "ќ предупреждении коррупции") отражает обобщенное пон€тие "коррупционно направленное действие", сформированное доктриной и судебной практикой.

Ѕолее широкое пон€тие коррупции содержитс€ в законодательстве —Ўј. —формированное в основном под вли€нием политической и судебной практики, оно охватывает противоправные действи€ с участием не только физических, но и юридических лиц, публичных и частных структур как в самих —оединенных Ўтатах, так и за их пределами (см., например, параграф 371 титула 18 —вода законов —Ўј).

ѕоказателен пример »спании, где возобладал широкий подход, сформулированный правовой наукой. Ћегальное определение коррупции в этой стране включает помимо формально-юридических критериев этические критерии честности, нейтральности, независимости, открытости, служени€ общественным интересам и т. д. («акон о мерах по реформированию гражданской службы от 2 августа 1984 г. N 30).

¬ целом нельз€ не отметить несовершенство известных трактовок коррупции.  оррупци€, как отмечалось, уже давно не сводитс€ к разного рода вз€точничеству и злоупотреблени€м. ќна охватывает такие виды правонарушений, как коррупционный лоббизм, коррупционный фаворитизм, коррупционный протекционизм, незаконное распределение и перераспределение общественных ресурсов и фондов, незаконна€ поддержка и финансирование политических структур (партий и др.), вымогательство, предоставление льготных кредитов, заказов, корыстное злоупотребление властью или должностным положением и т. д.

¬торой недостаток современных доктринальных и легальных определений коррупции сводитс€ к тому, что они в основном по-прежнему ограничиваютс€ ее уголовно-правовыми про€влени€ми, не включа€ другие про€влени€ коррупции, за которые устанавливаетс€ административна€, дисциплинарна€ и иные виды ответственности. ¬ результате возникает ситуаци€, при которой одни про€влени€ коррупции рассматриваютс€ законом как преступлени€ и административные правонарушени€, а другие - как просто безнравственные проступки.

¬прочем, следует признать сложность разработки не только универсального определени€ коррупции, приемлемого дл€ всех государств, но и завершенной и однозначной его доктринальной формулировки.

Ќа первый взгл€д сама по себе постановка задачи разработки такого определени€ не имеет особой значимости, поскольку этот собирательный термин не используетс€ в репрессивном законодательстве. ¬ нем примен€етс€ другой категориально-пон€тийный аппарат, св€занный с конкретными составами коррупционной де€тельности (вз€точничество, подкуп и т. п.). ¬ законодательстве некоторых стран с низким уровнем коррупции такое определение вообще не используетс€. —ледовательно, нет пр€мой зависимости между наличием в законодательстве легальных определений коррупции и эффективностью антикоррупционных мер.

јнализ показывает, что легальные определени€ коррупции, несомненно, способствуют борьбе с ней. ќпределение коррупции позвол€ет очертить сферу отношений как предметную область, на которую может быть направлена антикоррупционна€ государственна€ политика, выбраны соответствующие средства и инструменты противодействи€, в том числе правовые.

ћы полагаем, что решению таких задач противодействи€ коррупции соответствует следующее доктринальное определение: коррупци€ - это противоправное использование должностным или иным лицом своего положени€ в цел€х получени€ ненадлежащей выгоды дл€ себ€ или третьих лиц, предоставлени€ другими лицами такой выгоды, а также посредничество и иные формы содействи€ в совершении указанных де€ний.

—ледующа€ теоретико-правова€ проблема - это реализаци€ концепции мультиответственности, котора€ сложилась в основном под вли€нием советской правовой науки, призывавшей к сочетанию различных методов правового и неправового воздействи€ (уголовного, административного, дисциплинарного, общественного и др.). ¬последствии эти идеи нашли отражение во многих антикоррупционных конвенци€х.

–еализуема€ в законодательстве многих государств, в том числе –оссийской ‘едерации, концепци€, несомненно, оправдывает себ€. “ак, в –оссии помимо уголовных санкций примен€ютс€ меры административной, дисциплинарной, гражданско-правовой ответственности.

ќднако единые подходы отсутствуют. “ак, √–≈ ќ (√руппа государств против коррупции) указывает »спании на необходимость использовани€ не только уголовных, но и других мер ответственности и в то же врем€ призывает –оссию к отказу от административной ответственности.

¬озможно, такой выборочный подход вызван размытостью критериев разграничени€ уголовной и административной ответственности. ¬ нашей стране примерно 20% составов правонарушений ”  –‘ и  ојѕ –‘ €вл€ютс€ параллельными, что само по себе может стать коррупциогенным фактором. ќчевидно, что правова€ наука должна сказать свое слово в решении этой проблемы.

ѕроблема мультиответственности не ограничиваетс€ сочетанием различных видов санкций. ќна включает новый вопрос о применении мер ответственности за коррупционные де€ни€ не только к физическим, но и к юридическим лицам.   этому призывает и  онвенци€ ќќЌ против коррупции, и рекомендации √–≈ ќ.

—ледует отметить, что нормы о привлечении юридических лиц к уголовной ответственности содержатс€ в уголовных кодексах многих государств (»сландии, Ќорвегии,  ита€, Ћитвы, ‘ранции, Ёстонии, ћолдовы и др.).

ќднако в р€де государств (в частности, в √ермании и –оссии) введение уголовной ответственности юридических лиц вступает в противоречие с действующими требовани€ми национального законодательства и традиционными уголовно-правовыми доктринами виновной ответственности. ¬ –оссии дл€ введени€ уголовной ответственности юридических лиц необходимо изменение не только концепции уголовного законодательства, но и правовой доктрины. Ќуждаетс€ в решении вопрос об определении субъектного состава, в частности вопроса о том, чьи действи€ (директора, бухгалтера, акционера, учредител€ и т. д.) будут обусловливать причастность юридического лица к коррупционному преступлению. —ледует предусмотреть и гарантии законных интересов добросовестных акционеров и сотрудников такого юридического лица.

¬ насто€щее врем€ законодатель ограничилс€ лишь введением административной ответственности юридических лиц за коррупцию (ст. 19.28  ојѕ –‘), предусматрива€ возможность наложени€ административного штрафа за коррупционные правонарушени€ юридических лиц в размере до 100 млн. руб.

≈ще одна ключева€ научна€ проблема противодействи€ коррупции - повышение эффективности правового регулировани€ в этой сфере.

¬ »нституте в 1960 - 1970-е гг. были разработаны классические общетеоретические труды по проблемам эффективности права. Ќо в последние годы эта тема ушла на второй план. Ќедостаточно не только теоретических, но и прикладных исследований, в том числе в сфере противодействи€ коррупции.

—ейчас эта тема возрождаетс€, что находит отражение и в методиках ќценки регулирующего воздействи€, разработанных ћинэкономразвити€ –оссии, и в »ндексе юридической защищенности, подготовленном при участии »нститута законодательства и сравнительного правоведени€ при ѕравительстве –‘ (далее - »нститут) ‘ондом континентального права при ћинистерстве юстиции ‘ранции.

“акие научные работы имеют большой научный потенциал, показыва€ суть и причины нерешенных проблем. ќдна из них св€зана с допустимостью и пределами государственного регулировани€, в том числе в частной сфере.

ћеждународные антикоррупционные конвенции требуют единства принципов противодействи€ коррупции в публичной и частной сферах, к которым относ€тс€ открытость и прозрачность де€тельности; недопущение конфликта интересов, контроль и ответственность, международное сотрудничество.

¬ –оссии государственное регулирование противодействи€ коррупции в частной сфере пока развито слабо. ¬ основном оно ограничиваетс€ вопросами государственных и муниципальных закупок и антимонопольного регулировани€.

“ем временем многие государства существенно расшир€ют пределы своего вмешательства в частную сферу. “ак, в —Ўј и ¬еликобритании законодательство предписывает коммерческим компани€м организацию надлежащего пор€дка их де€тельности, не допускающего коррупционные практики. –ечь идет о «аконе —арбанса - ќксли 2002 г. (US Sarbanes - Oxley Act of 2002) и «аконе о вз€точничестве 2010 г. (¬еликобритани€). «акон ¬еликобритании о вз€точничестве содержит норму об ответственности коммерческих организаций за ненадлежащую организацию своей де€тельности, приведшую к вз€точничеству, и за непредотвращение вз€точничества, совершенного от имени компаний лицами, св€занными с ними (менеджерами, работниками, агентами, посредниками, консультантами и др.).

¬ российском законодательстве о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма такой подход про€вл€етс€ очень нерешительно. ќчевидно, необходимо его распространить и на другие сферы коррупционного вли€ни€.

—ледующа€ проблема - сочетание правовых и неправовых методов регулировани€. » те, и другие имеют целью главным образом поддержание сложносоставных моделей поведени€ человека. ѕоэтому принципиально важно определить "водораздел" между применением разных форм социальной регул€ции, установить, в каких случа€х более оправданным €вл€етс€ использование правовых механизмов, а в каких - неправовых.

ѕравовые и неправовые регул€торы тесно св€заны между собой. «ависимость права от нравственности общепризнана. ќднако данна€ формула применительно к проблеме борьбы с коррупцией нуждаетс€ в конкретизации. ¬ частности, речь идет о кодексах этики. ¬ последние годы практика их прин€ти€ стала повсеместной. ќни принимаютс€ и государственными органами, и частными структурами. ќбщепризнано, что они могут усилить эффективность правовых средств, но только при условии, что они имеют не абстрактное, а четкое целевое содержание, отражающее особенности их применени€; если они дополн€ют, а не дублируют и не подмен€ют правовые нормы.

¬ законодательстве зарубежных государств, прежде всего ¬еликобритании и —Ўј, все более отчетливо про€вл€етс€ тенденци€ к понуждению частных компаний к "этическому сговору" - к отказу от ведени€ дел с теми компани€ми, которые были замешаны в коррупционных скандалах.

Ќабирает силу и тенденци€ применени€ антикоррупционных стандартов поведени€ публичных должностных лиц к субъектам оказани€ социально значимых услуг. ¬ насто€щее врем€ их распространение в основном носит неупор€доченный характер и не учитывает правовой статус лиц, на которых они распростран€ютс€. “ак, в –оссийской ‘едерации ‘едеральным законом от 21 но€бр€ 2011 г. N 323-‘« "ќб основах охраны здоровь€ граждан в –оссийской ‘едерации" антикоррупционные ограничени€ установлены в отношении медицинских работников и фармацевтических работников при осуществлении ими профессиональной де€тельности. ѕри этом законодатель не надел€ет их теми гаранти€ми и привилеги€ми, которые принадлежат государственным служащим. “акие процессы, несомненно, требуют научного осмыслени€ и обобщени€.

ѕомимо общетеоретических необходимы исследовани€ прикладных проблем, св€занных, например, с обеспечением координации международно-правовых средств противодействи€ коррупции на региональном и универсальном уровн€х. —егодн€ как никогда необходима больша€ согласованность в огромном массиве международных документов, которые часто конкурируют между собой.

Ѕолее глубокий научный анализ следует осуществл€ть в области исследовани€ природы международно-правовых актов, поскольку она вли€ет на механизмы их имплементации. –азна€ правова€ природа конвенционных актов (международных договоров) и актов "м€гкого права" (рекомендаций, деклараций и т. д.) насто€тельно требует различных механизмов их имплементации в национально-правовых системах. ¬ научной литературе поставленные вопросы решаютс€ пока весьма робко.

ќчевидно, что государства ≈врјзЁ— будут унифицировать свои подходы в сфере противодействи€ коррупции, в том числе путем заключени€ межведомственных договоров. ќднако особенности инкорпорации этой разновидности международных договоров в правовые системы отдельных государств ≈врјзЁ—, как это ни странно, до насто€щего времени с достаточной полнотой еще не исследованы. Ќесомненным прорывом в исследовании этой темы стала вышедша€ в »нституте монографи€ под редакцией профессора ќ. ». “иунов.

Ќеобходимо усиление возможностей международных организаций в имплементации, принимаемых ими документов. ¬ частности, в цел€х усилени€ авторитета рекомендаций √–≈ ќ и их более полной реализации в странах ≈врјзЁ— целесообразно создать субсидиарный (дополнительный) механизм мониторинга международно-правовых об€зательств в рамках и силами вход€щих в него государств. Ёто позволит не только учесть действующие в регионе общие правовые традиции, но и сформировать международно-правовую основу дл€ решени€ новых проблем, которые могут по€витьс€ в ходе реализации проекта ≈диного экономического пространства.

ќщутимых успехов в борьбе с коррупцией возможно добитьс€, совершенству€ традиционные и примен€€ современные юридические технологии.

Ќуждаютс€ в обновлении традиционные технологии, например юридическа€ техника. ¬ ней должны быть более широко использованы приемы нейролингвистической техники (как в —Ўј), усиливающие воздействие юридических текстов на сознание, в том числе на укоренение непри€ти€ моделей коррупционного поведени€. “ребуетс€ расширение возможностей использовани€ информационных ресурсов (IT-технологий, справочно-информационных правовых баз и т. д.) и углубление межведомственного информационного взаимодействи€.

ќстаетс€ нерешенной проблема соотношени€ разных видов экспертиз, осуществл€емых в рамках традиционных и современных юридических технологий. ¬ частности, речь идет о соотношении общеправовой и антикоррупционной экспертиз, что порождает столкновени€ ведомственных интересов. »звестно, что ћинистерство юстиции –‘ очень многое делает дл€ обеспечени€ качества текстов нормативных правовых актов и часто сталкиваетс€ с проблемами методического характера.

—ледует развивать такие новые технологии, как правова€ диагностика коррупционных рисков, позвол€юща€ не только вы€вл€ть некачественное законодательство и зоны повышенного риска, но и проводить оценку экономических и социальных причин коррупции. Ёти технологии уже апробированы не только на общенациональном, но и на региональном уровне. ќдна из них была разработана »нститутом дл€  алужской области. ¬ ”ль€новской области создана сво€ методика вы€влени€ зон повышенного коррупционного риска в де€тельности исполнительных органов государственной власти.

—тоит отметить, что науке следует более широко фокусировать свои исследовани€ на региональном уровне, не ограничива€сь сферой ‘едерации.

÷енными с научной и практической точек зрени€ €вл€ютс€ материалы, полученные »нститутом в процессе исследовани€ практики реализации региональных программ противодействи€ коррупции. “ак, вы€влен целый спектр проблем, вызванных несоответствием региональных нормативных правовых актов федеральному законодательству в диапазоне от терминологических разночтений до пр€мых противоречий.

ѕр€мым нарушением федерального законодательства €вл€етс€, например, об€зывание органов местного самоуправлени€ финансировать отдельные антикоррупционные меропри€ти€, реализуемые региональными органами. ¬ некоторых регионах, в частности в  алужской области, отмечены профессиональные ошибки лиц, ответственных за реализацию региональных программ противодействи€ коррупции (так, допускаютс€ высказывани€ о том, что реализаци€ антикоррупционных мер не относитс€ к ведению субъектов –оссийской ‘едерации).

¬ качестве передовых практик следует отметить региональные программы –еспублики “атарстан и ”ль€новской области. ¬ этих субъектах –оссийской ‘едерации сформированы специализированные органы противодействи€ коррупции; активно реализуютс€ профилактические меропри€ти€ на ведомственном уровне и в муниципальных образовани€х; обеспечиваютс€ доступность и открытость де€тельности органов государственной власти и местного самоуправлени€; налажена методическа€ работа по обеспечению противодействи€ коррупции; внедр€етс€ система добровольного тестировани€ граждан, претендующих на замещение государственных и муниципальных должностей, и т. д.

ќсобого изучени€ требует формирующеес€ в –оссии так называемое регламентное право. ћассив регламентных актов насчитывает более 10 тыс., включа€ 540 федеральных. –егламенты как средство упор€дочени€ де€тельности государственных органов, снижени€ возможностей усмотрени€ чиновников, обеспечени€ прозрачности и определенности действий чиновников требуют изучени€ не только в рамках административного права. Ќеобходимо привлечение представителей и других юридических специальностей, в частности теории права, поскольку правова€ наука должна дать ответы на вопросы о пон€тии, структуре регламентных норм, видах регламентных актов и их особенност€х.

 омплексный подход к исследованию такого рода проблем осуществлен в крупных монографических исследовани€х, подготовленных »нститутом: двухтомном издании "јдминистративна€ реформа в –оссии" под редакцией —. ≈. Ќарышкина (2006 г.), в книге "јдминистративные процедуры и контроль в свете европейского опыта" под редакцией ∆. ћарку и “. я. ’абриевой, опубликованной в 2011 - 2012 гг. в –оссии и ‘ранции на русском и французском €зыках.

¬ завершение считаю целесообразным презентовать исследовательский проект, посв€щенный созданию программы ћеждународного научного мониторинга про€влений коррупции. ќн будет основан на междисциплинарном научном подходе к вы€влению уровн€ коррупции, сочетающем методы юридической, экономической, социологической, политологической и других наук, что позволит учитывать объективные, научно подтвержденные показатели в отличие от некоторых существующих оценок уровн€ коррупции, методики составлени€ которых не вполне €сны, а порой вызывают сомнени€.

¬ частности, предлагаетс€ использовать юридические показатели, раскрывающие уровень развити€ антикоррупционного законодательства, практики его применени€, в том числе в рамках уголовной и иной статистики правоохранительных органов.

Ёкономические индикаторы помогут в вы€влении реальных масштабов коррупционных про€влений и их вли€ни€ на общественное развитие.

“ой же цели послужат социологические индикаторы, направленные на изучение как минимум трех групп: населени€ в целом, профессионального юридического и правозащитного сообществ и предпринимателей.

Ѕудут использоватьс€ и показатели международных организаций, в частности ¬семирного банка, "“рансперенси »нтернешнл", "”оллстрит джорнел" и других, что позволит повысить уровень полноты и объективности показателей создаваемого ћеждународного научного мониторинга.

”ровень коррупции, существующий в той или иной стране, - »ндекс коррупции - будет рассчитыватьс€ по общей сумме всех показателей. “акой подход направлен на исключение произвольных и необъективных оценок, которые могут искажать истинное положение дел.

“аким образом, научно обоснованный мониторинг способен воврем€ вы€вл€ть коррупционные риски и их масштабность, а также сбои в правоприменительной практике, открывающие возможности дл€ про€влений коррупции.

 роме того, ћеждународный научный мониторинг про€влений коррупции нацелен на определение не только статики, но и динамики развити€ этого социального €влени€ (ее падени€ и роста в сравнении с предшествующим годом), что даст возможность своевременно предпринимать меры по корректировке законодательства и правоприменительной практики.

Ѕезусловно, решение такой масштабной задачи, как создание ћеждународного научного мониторинга про€влений коррупции, без участи€ зарубежных ученых и специалистов в области противодействи€ коррупции невозможно. ‘орум, несомненно, поможет в единении наших усилий.

Ќазвание документа

пїњ